Я так был счастлив и горд своим значком лауреата Ленинской премии, что не хотел с ним расставаться. Между прочим, это был едва ли не единственный знак правительственной награды, изготовленный из чистого золота. На следующий год после вручения премии я с компанией оказался в одном из сочинских санаториев. Значок, разумеется, был при мне.
Наш санаторий располагался как раз посерёдке между Адлером и Сухуми, и сам Бог велел побывать в Абхазии. И вот в один из дней мы собрались тёплой компанией из восьми человек, загрузились в санаторский микроавтобус и поехали в Сухуми. Перед поездкой директор санатория наставлял нас: «Когда вас будут спрашивать, откуда вы – ни в коем случае не говорите, что из Волгограда! Только – из Сталинграда!» Оказывается, для абхазов это была болезненная тема, хотя Сталинград переименовали в Волгоград уже давно, двенадцать лет назад.
Помимо всего прочего, нашей целью в Сухуми был знаменитый ресторан «Абхазия», где мы в конце концов и оказались. Официанты сдвигают для нашей компании два стола, начинают их накрывать, а сами всё посматривают на мой значок – он, как магнит, притягивает их взгляд. Потом вижу – что-то шепчут директору ресторана на ухо. Подходит ко мне директор и спрашивает: «Это что за значок?» И вдруг, сам не знаю почему, возможно, напутствие директора санатория как-то трансформировалось в голове, я отвечаю: «Лауреата Сталинской премии первой степени». На самом деле это было недалеко от истины, поскольку Ленинская премия выросла из Сталинской премии первой степени.
Боже, что тут началось! Через несколько минут мы уже сидели за другим столом в самом роскошном месте, точнее, это были четыре сдвинутых стола, потому что иначе вся еда не уместилась бы. Официанты несли и несли фантастические закуски и блюда абхазской кухни – дорогие сыры, дорогие вина… В какой-то момент я схватил директора за рукав и спросил громким шёпотом: «Послушайте, сколько же всё это стоит? Вдруг у меня денег не хватит?» Он аж отпрянул возмущённо: «Ты что! Какие деньги? Кто ты и кто мы?! Это счастье для нас принимать таких гостей! Абижаешь, дарагой!».
Пьянка была просто необыкновенная. К нам присоединился директор ресторана, поэтому мы в полной мере прочувствовали все кавказские застольные ритуалы. Лишь одно меня смущало. Я не то что не привык к халяве, я её просто не принимаю, она идёт вразрез с моим воспитанием и жизненными принципами. Но как и чем расплатиться, чтобы не обидеть директора ресторана, у которого своё воспитание и свои жизненные принципы, не менее твёрдые?
И тогда я позвонил директору санатория «Химик», моему другу – он тоже располагался в Сочи. Он сказал, что лучший ответный подарок для ресторана в Сухуми – это свежая камбала. В Сухуми нет проблем со свежей рыбой, всё-таки город стоит на море, но вот камбалу они ловить не умеют, это сложно. Она для них – желанный деликатес. А в «Химик» свежую камбалу поставляли едва ли не каждый день. «Я сейчас пришлю с машиной», – сказал директор. И действительно, вскоре прибыл ящик со свежей камбалой. Надо было видеть лицо директора ресторана. Эту карту бить ему было нечем. Поэтому он просто сказал: «Спасибо, дарагой».
ЦИТАТА
Какое наслаждение – уважать людей.
Фаина Раневская